Памятник погибшим воздвиг пока что один А.Солженицын великой книгой "Архипелаг ГУЛАГ" - писатель, изгнанный за свою упорную памятливость из пределов отечества. Те, кто в 1974 году изгнали из страны Солженицына, уже в 60-х, а может, и ранее решили вычеркнуть из истории, вытравить случившееся из памяти поколений. Пусть мерзлая земля молча хранит мертвых, пусть вьюга заметет могилы, пусть их оплачет ветер. Но не слово.

Могучий "Реквием", плач Анны Ахматовой по загубленным жизням, до сих пор не прозвучал у нас на родине.

Звезды смерти стояли над нами,

И безвинная корчилась Русь

Под кровавыми сапогами

И под ковшами черных марусь*.

* "Реквием" опубликован в 1988 году в журнале "Нева", № 6.

...А ведь какая пошлая ложь - мысль, будто поминать и оплакивать означает растравлять раны. На самом деле это единственный известный человечеству способ лечения. Недаром церковь создала для верующих бессмертные слова об усопшем, и панихида - это высокое утешение, не растрава; панихида бесцерковная - тоже. Произнести скорбное слово об ушедшем, о погибшем или загубленном - это не значит "сыпать соль на раны", это значит выплакать соленые слезы и утереть их.

...Приблизительно через четыре года после XX съезда и за год до XXII в "Правде" (29 апреля 1960) была помещена одна из глав поэмы Твардовского "За далью - даль". Касаясь "последствий культа", поэт писал:

Да, все, что с нами было,

Было!

А то, что есть,

То с нами здесь.

Нельзя считать эти четыре строки (в особенности две последние) удачными, богатыми мыслью. Они ниже Твардовского. Но в них, по крайней мере, содержалось признание: то, что с нами было, - было*. А приблизительно годика через полтора после XXII съезда начал закреп-ляться новый вариант уже не поэмы Твардовского, а фальсификации истории.